Этносы

4 451 подписчик

Свежие комментарии

  • Игорь Хентов
    МЕЙЕР ЛАНСКИ Когда Б-г спросит меня: "что ты делал на Земле?" я отвечу, что был евреем" - Мейер Лански О, судьбы евр...Мейер Лански.
  • михаил батов
    Замечательная статья! Опубликую её на разных сайтах, пусть люди просвещаются!...«Дайте мне управл...
  • Нина Шалева
    По всей видимости так, сказано в 2-3 словах. На самом деле Всемирная история очень подробная и описывает разные народ...ДРЕВНЕГЕРМАНСКИЕ ...

Младотурки: невыученный урок России

 

В Стамбуле возникли первые очаги сопротивления абдулхамидовской реакции. Именно здесь, в стенах военно-медицинского училища, в 1889 г. была создана первая ячейка тайного младотурецкого общества «Единение и прогресс», которая возглавила борьбу за восстановление конституции 1876 г. Около двух десятилетий продолжалась борьба младотурок с тиранией Абдул Хамида.

Ячейки младотурок вскоре были организованы почти во всех военных и средних гражданских специальных училищах Стамбула. В 1892 г. султану стало известно о заговоре. Однако при всей своей жестокости Абдул Хамид не рискнул накалять обстановку в военных училищах и столичном гарнизоне слишком крутыми мерами. Были произведены аресты, но через несколько месяцев арестованные получили «высочайшее помилование». Султану явно удобнее было объяснить дело «юношескими выходками». Между тем деятельность тайного общества расширялась. В 1894 г. на младотурок в Стамбуле обрушились более суровые репрессии, ряд участников организации был сослан в отдаленные районы империи; некоторым удалось бежать оттуда в Париж, где начал складываться эмигрантский центр младотурок.

В августе 1896 г. стамбульская организация младотурок готовила низложение Абдул Хамида, опираясь на часть столичного гарнизона.

Заговор провалился из-за предательства одного из его участников. Все заговорщики были немедленно арестованы и сосланы. Казней и на этот раз не последовало, ибо султан делал ставку на раскол в среде младотурок и даже вел с деятелями младотурецкой эмиграции переговоры, пытаясь посулами и подкупом вынудить их отказаться от борьбы с его режимом. Эти попытки, за некоторым исключением, не удались. Лидеры младотурок начали издавать в эмиграции газеты и политические брошюры, распространявшиеся во многих городах Османской империи, прежде всего в Стамбуле. Рост антидеспотических настроений в Османской империи под влиянием русской революции 1905 г. помог младотуркам развернуть активную работу внутри страны. Основным центром их деятельности стал город Салоники в европейской части империи.

В июле 1908 г. в Македонии начались антиправительственные выступления армейских частей под руководством офицеров-младотурок. В ночь на 23 июля младотурки телеграммой предъявили султану ультимативное требование — восстановить действие конституции 1876 г. и созвать парламент. Армия была готова к походу на Стамбул, но напуганный султан уступил. 24 июля утренние стамбульские газеты опубликовали султанский указ о восстановлении конституции 1876 г. и о предстоящем созыве палаты депутатов. Долгие годы «зулюма» так подействовали на жителей столицы, что, когда первые покупатели газет раскрыли их и увидели в них слово «конституция», они приняли это за очередную провокацию шпионов султана.

В те дни Стамбул, как и другие города страны, стал ареной восторженных манифестаций, которые сопровождались братанием турок с представителями нетурецких народов империи. Вот как описывал эти события русский военный агент (военный атташе) в Стамбуле: «Громадные сборища народа прошли до сих пор без всякого нарушения порядка (при проходе через мост сорокатысячная толпа даже уплатила за проход)... Говорили речи: выступали женщины, сыновья министров и шейх-уль-ислама, имамы, офицеры; все подчеркивали значение дарованной свободы и кончали провозглашением здравицы за султана. При каждом удобном случае толпа выражает свою благодарность армии... Офицеры, разукрашенные эмблемами свободы и флагами, разъезжали по городу, смешиваясь с толпой. Следует отметить, что мусульмане всячески афишируют, что считают христиан своими братьями».

Манифестация и митинги длились в Стамбуле целую неделю. Была даже создана добровольная милиция, которая под руководством офицеров из числа сторонников младотурок организовала регулярное патрулирование улиц столицы. Особенно мощной была демонстрация 27 июля, застрельщиками которой были учащиеся военной, медицинской и ветеринарной школ. На рукавах и фесках демонстрантов были красные ленты с надписью «Свобода, равенство, справедливость». Демонстрация быстро разрасталась, и на митинг, состоявшийся на площади перед Айя-Софьей, пришло около 50 тыс. жителей Стамбула.

Так началась для Турции короткая «весна обновления». В августе в Стамбуле были опубликованы султанские указы о проведении парламентских выборов и о неприкосновенности жилища, о ликвидации тайной полиции и об отмене цензуры. Один за другим возникали в Стамбуле новые органы прессы, общественно-политические и научные организации, общества, клубы. Даже во дворце Йылдыз, в течение десятилетий бывшем символом деспотизма, произошли перемены. Младотурки добились значительного сокращения дворцовых расходов. Султана лишили почти всех его адъютантов, переведя их в распоряжение военного министерства. Этому ведомству были переданы и 200 упряжных лошадей из султанских конюшен. Резко сократился штат дворцовых служащих, упразднены были придворный оркестр и дворцовая драматическая труппа, состоявшая из итальянских актеров.

Между тем Абдул Хамид и его окружение не теряли надежды на реванш. У них еще сохранились позиции в армии, в частности они рассчитывали на гвардейскую пехотную дивизию (20 тыс. солдат и офицеров), которая играла роль султанской гвардии и в отличие от прочих воинских частей не была приведена к присяге на верность восстановленной конституции. В конце октября младотуркам пришлось даже ликвидировать мятеж в одной из гвардейских частей, 7 ноября 1908 г., незадолго до открытия парламента, реакционеры организовали массовое шествие ко дворцу султана. Делегация софт от имени участников демонстрации потребовала отменить конституцию и восстановить все нормы шариата. В тот же день подобные демонстрации состоялись и в других районах столицы. Младотуркам удалось погасить волнения, их организаторы были арестованы.

15 ноября 1908 г. в Стамбуле вновь собрался, после тридцатилетнего перерыва, парламент. Его председателем был избран один из лидеров и идеологов младотурок — Ахмед Риза-бей, возвратившийся в Стамбул в сентябре 1908 г. после двух десятилетий жизни в эмиграции. Первые же месяцы работы парламента показали, что реакционные круги готовятся к борьбе с младотурками. Правые депутаты неоднократно использовали парламентскую трибуну для открытых нападок на младотурок. Кульминационной точкой борьбы сторонников и противников парламентской демократии стали апрельские события 1909 г.

10 апреля более 60 тыс. жителей Стамбула приняли участие в похоронной процессии, следовавшей за гробом с телом известного журналиста, редактора оппозиционной младотуркам газеты «Хюрриет» Фехми-бея. Он был убит на Галатском мосту выстрелом из револьвера. Убийца, одетый в офицерскую форму, сумел скрыться, но в городе сразу же начали распространяться слухи о том, что Фехми-бей убит по приказу младотурок. В результате похороны превратились в грандиозную демонстрацию против младотурок. Обстановка в столице накалилась до предела.

13 апреля в 7 час. утра подняли мятеж части столичного гарнизона. 30 тыс. солдат, руководимых офицерами — противниками младотурок, собрались на площади перед мечетью Айя-Софья. Верные младотуркам офицеры были либо арестованы, либо убиты. К мятежным войскам присоединилось значительное число горожан. Страсти подогревались пропагандой мусульманского духовенства, недовольного политикой младотурок. Нити заговора тянулись во дворец Йылдыз. Султан явно был готов дать решительный бой своим противникам.

Мятеж разрастался с невероятной быстротой. Через несколько часов число мятежников достигло 100 тыс. Они требовали полного восстановления власти султана, смещения ряда младотурецких лидеров с занимаемых ими высоких постов, сформирования нового кабинета министров. Мятежники разгромили помещение центрального комитета организации «Единение и прогресс», а также редакции газет — органов младотурок. Руководители младотурок бежали в Салоники. Что же касается султана, то он поспешил удовлетворить требования бунтовщиков, тем более что они соответствовали его желаниям. Солдаты вернулись в казармы, а султан издал указ, в котором объявил об амнистии всех участников антиправительственного бунта. Затем Абдул Хамид назначил кабинет министров, целиком составленный из его приверженцев.

Двое суток солдаты были хозяевами Стамбула. В городе шли грабежи, под предлогом расправы со своими политическими противниками бунтовщики занимались мародерством. Один из очевидцев этих событий писал: «У солдат было много денег, и они швыряли ими; каждый наблюдатель видел, что организаторы заговора потратили немалую сумму, чтобы купить поддержку со стороны армии. Как многие солдаты признались впоследствии, их соблазнили денежными подарками и увлекли на ложный путь лживые проповедники, обращавшиеся к ним во имя религии».

Тем временем младотурки в течение нескольких дней стянули к Салоникам верные им части 3-го армейского корпуса. Была сформирована стотысячная «армия действия». 16 апреля она двинулась на Стамбул. Султан попытался вступить в переговоры с лидерами младотурок, но безуспешно. 18 апреля их передовые части заняли железнодорожные станции Кючюкчешме и Ешилъ-кёй (Сан-Стефано). На следующий день руководители «армии действия» потребовали безоговорочной капитуляции мятежников. 22 апреля «армия действия» подошла к Стамбулу. В столице началась паника. Руководители мятежников бежали на военных кораблях.

23 апреля в Стамбуле проходил очередной селямлык — торжественная пятничная церемония следования султана в мечеть. Она всегда собирала много зрителей, но в тот день число их было необычайно велико. По словам очевидца, в Стамбуле «никогда еще не видели такого огромного сборища... Все предвидели, что селямлык этот будет последним для Абдул Хамида, и спешили присутствовать на этом историческом зрелище. Батальоны встретили султана восторженными криками. Лицо его было мертвенно-бледно, глаза глубоко впали и глядели угрюмо, враждебно, в них вспыхивали и тотчас же потухали зловещие огоньки. Вся фигура его съежилась, сгорбилась, осунулась, и, несмотря на все усилия, он не смог скрыть дрожания своих худых хищных рук... После короткой молитвы начался обычный парад. Солдаты маршировали стройными рядами, лица их сохраняли тупое, мрачное выражение... Абдул Хамид старался овладеть собой, но ему это не удавалось... После последнего приветствия Абдул Хамид скрылся во внутренних покоях Йылдыза. Никогда больше народ не должен был увидеть своего тирана; занавес опустился на последнем акте роковой драмы, продолжавшейся более тридцати лет...».

В часы последнего селямлыка кровавого султана «армия дайствия» начала бои за город. 24 апреля состоялось решительное сражение, продолжавшееся несколько часов. Во многих местах мятежники яростно сопротивлялись. К вечеру наступавшие овладели самыми крупными казармами, окружили дворец Йылдыз. Огнем артиллерии были подавлены последние очаги сопротивления мятежников. Столица вновь была во власти младотурок. 27 апреля султан Абдул Хамид был низложен; вечером того же дня его отправили под конвоем в Салоники. Многие участники контрреволюционного мятежа были казнены на площадях Стамбула.

После подавления мятежа младотурки возвели на престол дряхлого и безвольного Мехмеда V и взяли в свои руки управление страной. В этот период Османская империя испытала серьезные потрясения в результате итало-турецкой войны (1911—1912) и двух Балканских войн (1912—1913), в которых Османская империя воевала с коалицией Болгарии, Греции, Сербии и Черногории. В конце 1912 г. турецкие войска потерпели ряд поражений и лишь ценой величайших усилий остановили войска союзников на пути к Стамбулу у Чаталджи. Все это происходило на фоне Острой борьбы между младотурками и их политическими противниками. Обстановка в правящих кругах была весьма нестабильной.

23 января 1913 г. Стамбул стал свидетелем государственного переворота, осуществленного группой офицеров под командованием видных младотурецких деятелей Талаат-бея и Энвер-бея. Среди бела дня около 200 офицеров ворвались в здание Высокой Порты, где происходило очередное заседание кабинета министров. Они убили военного министра и его адъютантов, арестовали великого везира и нескольких министров, действиями которых был недоволен центральный комитет младотурок. Эти события были важным шагом на пути к установлению в стране младотурецкой военной диктатуры.

Противники младотурок нанесли вскоре ответный удар. В июне 1913 г. ставленник младотурецкого комитета — великий везир Махмуд Шевкет-паша (бывший командующий «армией действия») был убит, когда он в своем автомобиле направлялся из военного министерства к зданию Высокой Порты. После этого младотурки резко усилили борьбу со своими противниками. Они объявили вне закона все оппозиционные партии, около 300 крупных политических деятелей бросили в Синопскую крепость. С конца 1913 г. вся полнота власти в стране оказалась в руках младотурецкого «триумвирата» — военного министра Энвер-паши, министра внутренних дел Талаат-паши, являвшегося председателем центрального комитета партии «Единение и прогресс», и морского министра и военного губернатора Стамбула Джемаль-паши.

 

Вадим Нифонтов
12 марта 2007 г.

Младотурки: невыученный урок Россииверсия для печати

МЛАДОТУРКИ: НЕВЫУЧЕННЫЙ УРОК РОССИИ

 

В Турции шла ожесточённая борьба между младотурками и "реакционерами", которая привела к череде переворотов и, в конечном счёте, к установлению партией "Иттихад ве теракки" открытого кровавого террора, которая, как тогда отмечалось, намного превзошла все ужасы "зулюма"

 

Через девять десятилетий после так называемой "февральской революции" большинству мыслящих людей уже более-менее ясно, что именно она была первым и, пожалуй, самым страшным актом Русской Катастрофы ХХ века. Всё остальное, в общем-то, оказалось следствиями, включая "октябрь", коллективизацию, кукурузно-химические кампании и распад Советского Союза. Более того, в 1917 г. Россия въехала в какой-то заколдованный круг повторяющихся сюжетов и событий, из которого до сих пор не может выйти. Она стала похожа, если угодно, на древние культуры Востока, некий "Египет и Вавилон". Наш основной сюжет в последние без малого сто лет – противостояние линейной и циклической концепций истории, причём последняя неизменно побеждает.

Между тем, начало прошлого века – это тот самый период, когда исторический процесс стал превращаться одну сплошную иррациональную загадку. И на примере "февраля" это очень хорошо видно. Интересен и один ныне малоизвестный аспект тех времён – неожиданный резонанс революционных событий в России и Османской империи.

Две соседние империи к 1900 г. представляли собой немалую проблему для тогдашних западных демократий. И если Россия, при всех оговорках, в целом была развивающимся обществом, в своей экспансии медленно ползущим куда-то на юго-восток, то Османская империя погрузилась в какой-то летаргический сон. Однако при этом она контролировала (причём относительно успешно) огромные территории Ближнего Востока и Африки, следовательно, объективно сдерживала развитие новых колониальных империй Запада.

В 1905-1907 гг. в России происходят массовые волнения, впоследствии получившие название "первой русской революции" или "русской буржуазной революции". Результатом стало частичное ограничение самодержавия и создание некоего подобия парламента. Кроме того, события 1905-1907 гг. дали мощный толчок экономическому развитию страны.

Между тем, это развитие было по-настоящему замечено очень поздно – уже в 20-е гг., когда, как говориться, стало с чем сравнивать (недаром "сравнение с 1913 г." навсегда стало комплексом советской экономической статистики), да и то в эмиграции. А тогда недовольная уступками царя средняя и крупная буржуазия (точнее, её радикальная часть) и так называемая русская интеллигенция были убеждены, что живут в "эпоху чёрной реакции" и искали образцы правильных обществ где-то за российскими границами.

Между тем в 1908 г. под прямым влиянием "первой русской революции" в Османской империи произошли события, которые сделали её в глазах революционных интеллигентов и страдающих от невостребованности "людей действия" едва ли не чем-то подобным "революционной Франции 1789 г."

До 1908 г. в тогдашнй Турции царил "зулюм", то есть открытый деспотизм, политика, осуществлявшаяся султаном Абдул Хамидом II, который, что интересно, в 1876 г. даровал османам конституцию, но уже в 1878 г., впечатлившись поражением в войне с Россией, сам её и отменил.

Нельзя сказать, что в эпоху "зулюма" Турция совсем не развивалась. Скорее, наоборот, многие процессы пошли даже быстрее. Но в восприятии турецкого образованного класса (в первую очередь, военных) всё это было движением под ударами кнута. С образованным классом никто не советовался, и это его оскорбляло – тем более, что султан сделал и немало трагических ошибок. В начале 90-х гг. возникла подпольная организация "Иттихад ве теракки" ("Единство и прогресс"), которая начала борьбу за влияние на режим "зулюма". Прежде всего, сторонники этой партии (в тогдашней западной литературе получившие название "молодые турки", а в русской – "младотурки") требовали восстановления конституции и созыва парламента. Борьба велась в основном пером – "младотурки" выпускали в Европе несколько газет, распространяли свою литературу. Постепенно готовилось и нечто вроде верхушечного переворота силами армии.

Однако 9-10 июня 1908 г. случилось так называемое "ревельское свидание" Николая II с английским королём Эдуардом VII, на котором было решено "совместно решить судьбу Македонии" – эта область Османской империи к тому времени полностью потеряла управление из центра и создавала массу проблем цивилизованной Европе. Под этим предлогом она могла быть занята австрийцами, чего ни Лондон, ни Москва допустить не хотели. По трагической случайности именно македонские гарнизоны (и военные части в Салониках) османской армии были основным оплотом "младотурок". Русско-английское "решение" могло положить их деятельности скорый конец, и они решили действовать немедленно, даже не надеясь на успех.

Паралич султанской власти, однако, оказался слишком сильным. Вспыхнувшее в Македонии в начале июля "совместное восстание мусульман и христиан" не встретило особого сопротивления со стороны центрального управления. Большая часть турецкой армии на Балканах перешла к восставшим. Поняв, что дело плохо, султан был вынужден восстановить конституцию и парламент. На этом первый этап "младотурецкой революции" завершился.

Картины тех времён, нарисованные очевидцами, очень напоминают то, что через несколько лет случится в Петрограде. Так, француз Рене Пинон писал: "Революция в Турции началась как военный заговор, а продолжается как народный праздник… Это самая странная и неожиданная революция!... Во всём народе пробуждалось чувство свободы, проявившее себя главным образом желанием манифестации и шума, изобилием слов и жестов; казалось, что каждый, торопясь воспользоваться новой свободой, старался доказать себе, что он, наконец, владеет ею". Другой автор поражался: "Мы знали турка с кальяном во рту, флегматично наслаждавшегося кейфом. Привыкли слышать от него: "благодаря халифу всё спокойно и все счастливы". Мы знали, что турок проводит все дни в гареме среди многочисленных жён, совершает намаз, 5 раз в день читает Коран. Турка же с красным флагом в руках нам трудно было себе представить, и когда он уже стоял перед нами во всей реальности, мы всё ещё думали, что это курьёз, шутка".

Результатом революции на первых порах стало отнюдь не свержение султана, а просто превращение "комитета", созданного партией "Иттихад ве теракки", в некий надгосударственный орган, который диктовал решения и парламенту, и султану, и министрам, не будучи при этом частью государства (похоже, именно эту структуру пытались скопировать создатели Петроградского Совета в 1917 г.). Султан же превратился в своеобразного "гаранта конституции". Младотурки провели "чистки", заменив ряд министров, губернаторов, сократив аппарат. Всё это со стороны выглядело довольно эффективными мерами, к тому же поражало своей быстротой и жёсткостью (именно этот стиль потом многим будет импонировать в поведении большевиков). Кроме того, появилась и свобода слова – стало выходить немало газет, в том числе откровенно оппозиционных султану.

Однако страна тут же стала потихоньку разваливаться по этническим границам. Младотурки пытались провозгласить концепцию "османизма" ("все мы османы, независимо от нации и веры"), но большого успеха она не имела. К тому же руководство революционеров было склонно к турецкому национализму (отсюда многие последующие эксцессы, включая уничтожение большого количества армян в ходе межэтнических столкновений). Результатом стало постепенное отпадение провинций на Ближнем Востоке, курдские восстания.

Парламент, возникший в 1908 г., несмотря на "триумф свободы", оказался довольно бессмысленным. Более того, на выборах едва ли не лидировали партии, созданные противниками "младотурецкой революции". В результате сложилась так называемая "реакционная оппозиция", которая 13 апреля 1909 г. произвела очередной переворот, поддержанный султаном – в стране был восстановлен абсолютизм. Младотурки были вынуждены бежать в Салоники, но им удалось собрать силы, достаточные для того, чтобы вернуть себе власть. Уже 26 апреля созданная ими "Армия действия", действуя крайне жестоко, вошла в Стамбул. На сей раз с противниками революции особо не церемонились, а султан Абдул Хамид был низложен. На трон был посажен младший брат султана Мехмет V Решит, который полностью устраивал революционеров, поскольку обещал ни во что не вмешиваться.

После этого началась очередная серия "реформ", в основном сводившимся к чисткам аппарата и разгону придворных интриганов. Именно это, а также довольно быстрая армейская реформа, кстати, очень впечатлили русский образованный класс, которого крайне раздражала "кадровая политика" царя. Слово "младотурок" в России стало означать человека, жаждущего быстрых перемен и улучшения положения.

В Турции, впрочем, всё шло несколько не так, как себе представляли русские интеллигенты. В 1911 г. она потерпела поражение от Италии в так называемой Триполитанской войне. В 1912 г. турок основательно побили балканские страны в ходе 1-й Балканской войны. В самой стране продолжалась ожесточённая борьба между младотурками и "реакционерами", которая привела к череде переворотов и, в конечном счёте, к установлению партией "Иттихад ве теракки" открытого кровавого террора, которая, как тогда отмечалось, намного превзошла все ужасы "зулюма".

Единственным реальным результатом революции стала смена внешнеполитической ориентации Стамбула – он отказался от политики "лавирования" и стал открытым союзником немцев. Это, в конце концов, и стало главной причиной гибели Османской империи. Окажись она в 1914 г. нейтральным государством, похоже, ей удалось бы успешно "загнивать" ещё пару десятилетий. Правда, в 1913 г. этого ещё никто не знал.

Если бы Милюков и Гучков, претендовавшие на способность к глубокому политическому анализу, да и просто те из русских, кто гордо называл себя "младотурками", обратились бы к реальной истории младотурецкой революции, имевшейся уже на 1 августа 1914 г., наверное, их мнение о ней несколько изменилось. Но этого не произошло. Люди, как всегда, предпочитают видеть образ, нарисованный ими самими. Как правило – далёкий от реальности.

Теперь, через 90 лет, приходится признать, что уроки младотурецкой революции, если бы их усвоили тогда, возможно, помогли бы многим задуматься о методах и средствах своей борьбы с "деспотизмом" (какими бы справедливыми ни казались цели революционеров). Между тем, в стремлении к переменам постоянно побеждает, так сказать, эффектно-постановочная часть, карнавал – людям нравятся толпы на площадях, крики, взрывы игрушечных гранат, кровь из томатного соуса. И флаги, флаги, флаги, в разные эпохи разного цвета – красные, чёрные, оранжевые, голубые, серо-буро-малиновые… О том, что будет завтра, участники карнавала предпочитают не думать.

 

 

 

Картина дня

наверх