Георгий Драконоборец предлагает Вам запомнить сайт «Этносы»
Вы хотите запомнить сайт «Этносы»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

Зенит и закат рыцарства

развернуть

 

Павел фон Винклер

В XIV столетии вошел в употребление и грудной тарч (brusttartsehe) (см.рис), занесенный в Венгрию с Востока и переданный последней и другим странам Запада, почему его иногда называют венгерским тарчем. Тарчи эти почти всегда деревянные, крытые кожей, с выемкой в правой стороне для помещения копья. Они носились на шее, закрывая всю грудь, что и послужило к названию их. Грудные тарчи употреблялись преимущественно венгерской и польской конницей.

Одновременно с этими щитами употреблялся и кулачный щит или боне (faustschild, boce, rondelle de poing).

 

Зенит и закат рыцарства

Тарч

 

Щит этот появился еще в VIII веке из Византии и продержался до конца XVI столетия. Он был круглой формы (см.рис.), диаметром около 30 см, не считая каймы. Несколько отступая от последней, помещен железный обруч, насаженный на крепких гвоздевидных остриях. Так как такой щит служил главным образом для парирования при бое белым оружием, то обруч предназначался для полома острия копья или клинка меча. Иногда на щите было несколько подобных обручей. В центре щита находилось сильно выдающееся навершье. С внутренней стороны помещена дужка для управления щитом, а вверху имелся длинный крючок, с помощью которого щит пристегивался к перевязи щита, на которой носился.

Зенит и закат рыцарства

Кулачный щит (рисунок)

 

Зенит и закат рыцарства

Кулачный щит (современная реконструкция)

 

В XV столетии щит павуа получает очень большие размеры; его средняя высота достигает 4 футов, так что воин может скрыться за ним совершенно. Во время похода стрелок из самострела носит при себе все свое тяжелое вооружение: большой щит на поясе, колчан из свиной кожи, в котором помещались стрелы, снаряд для натягивания самострела, меч на портупее и самострел. Доспех этих воинов состоял из бригантины, стеганой фуфайки и кольчуги; голова покрывалась саладом, а на ногах были кожаные штаны, иногда штиблеты (гамаши), соединявшиеся с крепкими башмаками. Пешие стрелки из лука добавляют к нему оружие с древком, называвшееся совной (vouge), или вужом; они не имеют большого щита стрелков из самострела.

 

Зенит и закат рыцарства

Щит семейства Виллани из Флоренции. 1430-е гг.

 

Стрелки из лука представляют собой легкую пехоту; они были застрельщиками и первые начинали сражение. С течением времени их значение растет все более и более; они составляют первую организованную пехоту с пикинерами и другими пехотинцами, вооруженными совнами и гвизармами.

Совны (vouge, gleve) имеют острый длинный клинок, насаживавшийся на рукоятку средней длины; трубка рукоятки снабжалась часто широким щитком. У некоторых, употреблявшихся в вылазках и обороне, трубка имеет два щитка, которые образуют защиту между рукоятью и трубкой. Совна есть выпрямленная коса, и в этом орудии следует искать ее происхождение.

Осадный нож (couteau de breche) имеет приблизительно те же формы; стержень, посредством которого оружие утверждается, или трубка, составляющая продолжение его клинка не занимает середины основания, вследствие чего лезвие расположено вне правильного продолжения древка, которое проходит по линии обуха, осадный нож имеет лишь одно лезвие, а его острие образуется соединением обуха и лезвия, постепенно сближающихся от самого основания. Это оружие употреблялось преимущественно в Германии, где оно сохраняется до XVIII столетия.

Воловий язык (langue de boeuf, lingua di bue) представляет собой или оружие с древком, или кинжал, смотря по тому, насажен ли он на древко или на рукоятку ручного оружия. Если он с древком, то тогда на его длинной, иногда выдолбленной на боках, трубке помещается щиток на расстоянии полуфута от широкого и плоского клинка, контур которого описывает равнобедренный треугольник.

Косарь (fauchart), или боевые вилы, имеет крепкий и широкий клинок с одним лезвием; иногда на обухе его возвышаются один или два крючка; острие обыкновенно образует выпуклость, которая соответствует вогнутости тылка.

 

Зенит и закат рыцарства

Тарч. Италия. Генуя. Первая половина XIV в. 
Дерево, темпера, стеклянные бусы; резьба, роспись.

Эрмитаж, Санкт-Петербург
Источник поступления в музей: собрание А.П. Базилевского в Париже

 

В Китае и Тонкине и теперь (в конце XIX в. – А.З.) встречаются солдаты, вооруженные косарями. Это оружие рубило и кололо, а своими крючками зацеплялось за выпуклости доспехов, почему пехотинец мог вышибить из седла конного воина.

Для этой цели у пехотинцев были еще вилы с двумя складными остриями, изогнутыми внутрь

посредством пружин; когда вилы захватывали шею или руку воина, острия выпрямлялись и крепко держали захваченный член, не давая возможности высвободить его, почему всадник делался совершенно беспомощным и падал с седла. Эти вилы назывались дезарсоннерами (desarconners); они употреблялись исключительно в Германии.

Алебарда появляется в XIV веке и по своему происхождению это германское и швейцарское оружие, в основании которого лежит соединение косаря с бердышем. Его железко, очень расширенное при основании и снабженное ушками, имеет, подобно железку топора, одно лезвие, а на противоположной стороне острия и крючки; затем оно сужается в длинный и острый клинок, как у кинжала (даги), так что алебарда одинаково пригодна рубить, колоть и зацеплять. Древко, имеющее обычно от 6 до 7 футов длины, обыкновенно соединяется с железком посредством двух длинных железных полос, составляющих продолжение короткой трубки и привинченных к дереву.

Древко обыкновенно делается восьмигранным и покрывается тонкими пересекающимися ремнями, закрепленными гвоздями с выпуклыми шляпками. Алебарды различаются двух типов: немецкие и итальянские. Первые обыкновенно имели очень узкое и длинное лезвие и крайне редко клинок их покрывался гравировкой и рисунками. В середине XVI столетия острие алебарды часто принимает кривую форму. Итальянские алебарды явились позже немецких и первоначально представляют лишь подражание им. Но затем контуры клинка и острия получают причудливые формы и украшаются гравюрой и насечкой.

Гвизарма (guisarme) снабжена острым длинным и изогнутым клинком с одним или двумя лезвиями, помещенными на вогнутой стороне; выпуклый обух имеет ушко, которое сгибается под прямым углом на незначительное расстояние, так что его острие находится на одной высоте с острием согнутого клинка; последнее употреблялось исключительно для того, чтобы перерезать лошади поджилки; прямое же острие имело целью наносить уколы.

Годендак (godendac) – это алебарда фламандцев. Он состоит из длинной пики, которая имеет тонкий, как у кинжала, клинок с четырехугольным сечением, но при начале железка образуется очень тонкий топор с выпуклым лезвием; все железко походит на двойную косу. Обух топора усеян остриями; если нет главного острия, то годендак приближается к нашему бердышу, образовавшемуся из косы, у которой половина железка параллельна трубке.

Протазан (pertuisane) есть очень острая крепкая пика с прямым железком с двумя лезвиями, редко снабжаемая при основании ушками. Отличие его от алебарды состоит в отсутствии топора. Он служит для укола и представляет острый и широкий клинок с ушками различных размеров. У самых древних протазанов ушки крайне незначительны. Употребление этого оружия начинается не ранее XV века, и его постоянно путают с алебардой, от которой, однако, он отличается с первого взгляда вследствие своих симметрично расположенных ушек.

Корсека и ранкона (corseque и roncone) – оружие с древком, употреблявшееся итальянцами и корсиканцами. Первое представляет собой дротик с длинным и широким железком о двух ушках, обращенных вперед и образующих полукружие, обух которого касается трубки; сверху бывают иногда маленькие крючки.

Ранкона отличается от предыдущего оружия тонким и удлиненным железком и своими более сжатыми ушками, обращенными в разные стороны; конечные острия у этих ушек наварены сталью.

Таковы были типы, к которым сводится оружие с древком, употреблявшееся пехотинцами, начиная с XIV столетия. Но наибольшее развитие оружие это получает в XVI столетии. Из ударного орудия в XV столетии употреблялось:

Боевой молот (marteau d'armes) – это был первоначально простой кузнечный молот с длинной ручкой из рога или твердого дерева; затем стали заострять конец молота, а ручку продолжили в острие, чтобы наносить уколы. Молоты, употреблявшиеся в XV столетии, были очень тяжелы, снабжались свинцовыми шарами для усиления удара, а рукоять или ручка оканчивалась длинным и острым железком. Длина ее простиралась от четырех до пяти футов, и она предназначалась для двух рук. Некоторые из этих молотов происходят от протазана и имеют посреди древка щиток для защиты; каждое ушко, образуя с железком крестовину, окаймлено свинцовым обручем, тщательно отлитым в выемку ушка. У некоторых молот представляет собою призму с очень острым железком, иногда с нарубленными остриями; длинный кинжал составляет продолжение древка. Такое оружие походит как на топор, так и на алебарду, потому что имеет во всю длину более 8 футов.

Концу молота очень часто придают форму птичьего клюва, отчего получаются многие типы этого оружия.

Молот с клювом сокола возвращается к первоначальной форме; острие загибается наподобие клюва хищной птицы. Древко, длиной в два с половиной фута, сделано из крепкого дерева. Нижняя трубка служит рукояткой; на верхней, также стальной, трубке возвышается молот с пересеченными гранями; две полукруглые выпуклости изображают глаза птицы с низко опущенным клювом; обух оканчивается полукруглой выпуклостью, на которой возвышается небольшая пуговка. Этим оружием можно было действовать одной или двумя руками. Ударным оружием служили и маленькие молоты, употреблявшиеся конными воинами до XVII столетия.

Молот (picois) характеризуется острым, едва загнутым клювом; его главу образуют два выпуклых горизонтальных острия и одно более длинное вертикальное. Ручка простиралась от трех до четырех футов.

Клюв сокола, клюв попугая, клюв ворона, все это топоры типа picois с загнутым клювом.

Пломмея (plommee) представляет собою большой молот и вместе боевой бич (цепь) с длинной рукояткой, к которой на цепях прикреплялись железные шары. Боевой бич или цепь употреблялся преимущественно в Германии и Богемии; у швейцарцев глава его снабжается звездовидными остриями и называлась Morgenstern, то есть утренняя звезда.

Палица делалась первоначально из крепкого дерева, а глава ее покрывалась гвоздями и металлическими пластинками. Но так как оружие в таком виде не было достаточно сильно, чтобы пробивать доспехи, то его стали делать из стали и железа, а главу покрывать отдельными стоячими ребрами; такого рода палица получила название пернача. Большинство "утренних звезд" имели такое же устройство.

Глава их из крепкого дерева усеивалась гвоздями, которые, будучи вколочены, заострялись напильником. Это было оружие бунтовавших крестьян в Германии.

Но настоящим оружием конного воина было копье, которое служило ему на войне, на турнирах и боях на копьях; железко копья делалось длинное, с заостренными, как у кинжала, гранями. У копья, которое употреблялось на joutes, железко было выточено в виде жемчужины, а для избежания удара щитка в руку, на верху рукоятки прикрепляли ряд стальных пластин, которые уменьшали силу сотрясения, оседая на крюк нагрудника. Кольцо из пластинок делалось для того, чтобы древко копья не скользило в руке в момент удара, перенося напряжение на самый крюк и, следовательно, на верхнюю часть туловища. Для этого, в XV веке, крюк нагрудника покрывался мягким деревом или свинцом; острия стальных пластинок отпечатывались на этой покрышке, и древко составляло таким образом одно целое с крюком.

Копья всадников имеют от наконечника до острия около 5 метров. Если же приходилось сражаться пешком, то обрезали древко или употребляли короткие копья-дарды (dardes), особенно при атаках укреплений и брешей. Такие копья были и у пехотинцев; они не превышают 7 футов длины и совсем не имеют щитка для защиты, и только иногда снабжаются двумя маленькими валиками, чтобы было удобнее держать оружие в руке.

Всадники были, кроме того, вооружены седельным мечом (ерее d'arcon), носившимся слева на луке седла (arcon), а справа привязывалась палица. Меч этот был для двух рук, почему его длинная и тонкая рукоять образует две выемки, идущие от выпуклого центра.

Итальянский меч – головка его рукояти имеет отлогие края, окаймленные витым шнуром, который разделяет ее напополам; трубка, обвитая шнурками, покрыта сверху кожей, скрывающей три кольца, сжимающие середину и оконечности рукоятки.

Черная кожа спускается на дужки и на клинок в виде двух закругленных ушков. В первой своей половине дужки имеют четырехугольное сечение, а далее восьмигранное; на оконечностях же они обточены в противоположных направлениях и образуют четырехугольные маленькие площадки. Тонкий и длинный клинок, с мало выпуклым средним ребром, имеет треугольное сечение; его лезвия уклоняются к острию, образующегося отлогостью граней, начинающейся от среднего ребра. Рукоять имеет 20 см длины, клинок – 93. Меч этот может служить прекрасным образцом той формы, которую имели мечи в последние годы XV века.

На поясе рыцарь носил поясной меч, гораздо короче первого. Головка и рукоять из стали, некогда сплошь золоченой; первая имеет форму диска, вырезанного на краях и образующего таким образом грани, которые ограничивают на каждой стороне восьмиугольную, несколько выпуклую поверхность. Круглая трубка, более толстая при основании, чем наверху, покрыта пергаментом, сверх которого наложена кожа темного цвета; верхний конец трубки входит непосредственно в выемку головки, так как шейки нет, как нет и заклепки для утверждения стержня. Длина оружия не превышает 84 см. Оно, без сомнения, принадлежит венецианской работе, но подобные же мечи работались и в Бордо и Марселе, пользовавшихся в это время большой известностью.

Обыкновенный тип меча несколько отличается от предыдущего своей простотой. Он имеет в длину более метра; клинок его острый с неглубокой долой посередине, сужается по мере приближения к острию, которое образуется незаметным соединением линий лезвий. Гарда образуется из двух дужек, изогнутых к клинку и сплюснутых в горизонтальном направлении; их оконечности расширяются, завертываются, несколько искривляются; средний щиток спускается вершиной на основание клинка. Головка представляет диск со скошенными краями и имеет небольшую выпуклость; стержень заклёпывается на маленькой конечной пуговке. Этот крепкий меч был превосходным оружием для удара, но вследствие своей тяжести, не был удобен для укола, так как короткая рукоятка предназначается для одной руки. Трубка обыкновенно покрывалась кожей, сплетенной или наклеенной на первую покрышку из пеньковых ниток. Простая рукоять в виде креста представляет собой необходимый тип.

Между тем некоторые мечи XV столетия уже имеют для пальцев кольца или, по крайней мере, делают попытки боковых колец, например при основании клинка, на правой его стороне для прохода пальца, без сомнения, указательного.

Такого рода оружие встречается уже в первой половине XV столетия. Общим своим видом оружие это напоминает устройство широких венецианских лаг. известных под названием sandedei или неправильно называемых lingua di bue (воловий язык), равно как и устройство кинжалов страдиотов, называющихся также левантийскими дагами или кинжалами с ушками.

Левантийская дага, принадлежащая музею Клюни, не менее замечательна, потому что ее рукоять образует небольшое боковое кольцо. Длина ее 95 см; клинок с двумя широкими долами, разделенными средним ребром, и образует два лезвия; довольно тупое острие получается вследствие уклонения линий лезвий и легкого их сношения. Основание клинка украшено выгравированными фигурами, костюм которых (XIV столетия) прекрасного немецкого стиля. Рукоять темной стали чеканной работы, украшена ветвями с листьями.

Маленькое кольцо гарды прикрепляется двумя высеченными клапанами к нижней части щитка; дужки имеют форму железка топора с параллельными выемками на лезвиях. Деревянная трубка покрыта кожей, на которой обрисовывается выпуклость от двух колец, находящихся на середине трубки; два железных кольца оконечностей образуют двойное ожерелье из сквозных цветов лилии. Стальная головка возвышается на шейке и, расширяясь, принимает форму опущенного павлиньего хвоста; обе ее стороны вычеканены, бока гладкие, пуговка заклепки имеет вид четырехугольной подушечки с выемчатыми сторонами. На каждой стороне головки прикреплена, при помощи шилообразного штифтика, прекрасная выпуклая и сквозная розетка.

Широкие ножи для доспеха, или дагассы, лучшее производство которых было в Венеции и Вероне, тоже имеют при основании клинка выемки для прохода пальцев под дужку; это делалось для того, чтобы было удобнее держать оружие в руках, так как рукоятка была очень коротка. Они очень просты и удобны для войны. Рукоять и головка вычерненной стали; дужки изогнуты к клинку и образуют, вместе с контурами выемки клинка, пару почти сомкнутых колец. Клинок с двумя лезвиями имеет сплюснутую форму; среднее ребро мало выпуклое, острие несколько обтесанное, почти тупое. Эти ножи вкладывали в кожаные тисненые ножны с влагалищами для маленьких ножей-батардо; они относятся преимущественно к концу XV столетия, хотя в Италии употреблялись гораздо раньше, чем в других странах.

Меч в это время носился на правой стороне, на перевязи, почти параллельно поясу, к которому она прикреплена. Верх ножен обтягивался двумя обручами с кольцами для маленьких колечек. Первое кольцо шло от верхнего обруча к перевязи, спускавшейся на живот; два других кольца приделывались сзади на каждом обруче и соединялись с перевязью позади бедра с помощью подвижных колец, к которым они прикреплялись; их можно было придвигать или отодвигать, чтобы дать оружию желаемое наклонение.

Кинжалы или даги начала XV столетия носились на военном поясе; когда же этот пояс вышел из употребления, то кинжал стали носить на правом бедре, рукоятью вперед, острием вверх. В это время все отдавали предпочтение оружию нежной итальянской работы; очень небольшие дужки изгибаются к лезвиям, тонкие трубки рукояти делаются из слоновой кости или рога, а головка тонкой изящной работы из стали. С первой половины XV столетия железо доспехов, обработанное холодным путем, кованая сталь клинков и рукоятей мечей выделаны с таким искусством, какое недоступно современным лучшим мастерам. Всякая вещь выделяется красотой форм и вместе с тем чрезвычайной простотой. Строгий, величественный характер лежит в наружном виде, в контуре, в удачном направлении линий; украшений мало или совсем нет; клинки, доски доспехов не имеют ни гравировки, ни тем более чеканки.

Почти все оружие и доспехи до XV столетия, дошедшие до нас, не имеют собственно украшений.

Из этого, однако, не следует заключать, что мастера золотых и серебряных дел не принимали участия в украшении доспехов и оружия, но это случилось потому, что по мере грабежа, перехода из одних рук в другие, продажи одни из них были изуродованы, изломаны, другие уничтожены самими владельцами, более склонными перелить золото и серебро, снять драгоценные камни, чем сохранить дорогой, но редкий меч или щит, украшенный золотом, серебром и драгоценными камнями.

Разграбление богатств Карла Смелого швейцарцами может служить примером той участи, которая, вероятно, постигла с течением времени все драгоценные изделия древности.

С начала XV столетия оружие отличается безмерной роскошью. Пример такой расточительности подавал двор герцога Бургундского Иоанна Неустрашимого, а Филипп Добрый и Карл Смелый пошли еще далее в этом направлении.

 

Зенит и закат рыцарства

Меч коннетабля Франции. 1480 г.

Музей оружия, Париж

 

 

 

Зенит и закат рыцарства

Меч коннетабля Франции. Деталь. 1480 г.

Музей оружия, Париж

 

 

Артистическое движение эпохи Возрождения отразилось менее на богатстве материала, чем на обработке самого металла. Оружие этой удиви тельной эпохи дорого не по редкости металла, а по своему художественному достоинству. Железо и сталь покрыты гравировкой, чеканкой, украшены черненой работой и часто насечены золотом; нежность и изящество работы никогда не исключают силы; маленькое украшение, самая простая фигурка вдохновлены высоким искусством; самый маленький щит, выбитый или высеченный из цельного железа, имеет те же формы, как и бронзовые произведения Джиберти и Донателло.

Появляется иное направление в искусстве; мастера золотых и серебряных дел заменяются чеканщиками и граверами, в особенности же знаменитыми, излюбленными мастерами Фландрии, считавшимися первыми во всей Европе; последние не жалели золота для обогащения военного платья, обремененного тогда (в начале XV века) накладными, финифтяными украшениями и драгоценными камнями.

Хотя еще в начале средних веков в Европу начинают проникать с Востока декоративные способы работы, но до XV века они употребляются крайне редко, и лишь с этого времени получают развитие. Так, например, гравировка оружия (в связи с золочением) становится употребительной лишь с 1480 года; этими работами особенно славились миланские оружейники (например, фамилия Фиджано в середине XVI века). Высокой степени совершенства достигает у них воронение стали, когда они начинают вызывать различные оттенки синего цвета, особенно фиолетовый и красный; последний, называвшийся – alia san-guigna, составлял любимый цвет итальянских доспехов этой эпохи.

В конце XV века является орнаментация вытравливанием двояким способом: вытравливание производится таким образом, что или рисунок травился вглубь, или получался углубленный фон. Для этого сталь покрывалась особым составом, вроде теста, из сплава воска, асфальта и смолы; затем тонкой иглой наводили рисунок, процарапывая состав до металла, после чего подвергали действию кислоты. Так же поступали на вороненой стали, делая рисунок светлее фона или золотя последний.

Наиболее распространенным способом оставалась до XVI столетия чернь, принесенная в Италию из Византии, куда она проникла из Персии. Рядом с чернью появилась так называемая тауширная работа (tausia, tarsia или intarsia). Работа эта состояла в насечке или выкладке серебром или золотом по стали и железу. В Италии работа эта известна под именем alia azzimina или alia gemina. Из Индии и Персии работы эти проникли к арабам, а от последних в Испанию и Италию, главным образом в Толедо, Флоренцию и Милан.

 

Во второй половине XV века большое развитие получило и чеканное дело (repousse); при этом способе пластинка, нагретая до известной степени, выковывается молотками и пуансонами (чеканами) с обратной стороны. Чеканка иногда была очень глубокая.

В Испании оружейники сначала своей орнаментацией оружия подражали миланским, но не оставили и мавритано-арабского стиля, свойственного всему испанскому вооружению первой половины средних веков. Главное производство сосредоточивалось в Толедо, Бильбао, Альмацере, Альмерии и Севилье.

Этот великолепный меч конца XV или начала XVI столетия может служить образцом роскошной работы эпохи Возрождения. Клинок его превосходной работы, украшен сплошным рисунком и позолотой, прекрасно сохранившейся до настоящего времени.

Рукоять типа a oreillons разделяется двумя широкими полуоткрытыми щитками, широко отставленными сверху один от другого. Каждый щиток представляет собою круг, украшенный в мавританском стиле с большой круглой выпуклостью в центре. Такое же устройство имеет эфес, но отверстие щитков обращено вниз и клинок начинается между щитками. Металлическая полоса образует слегка вытесанные дужки. Трубка беловатого рога поддерживается четырьмя стальными прутьями, украшенными чеканкой и позолотой. Основание клинка тщательно вычеканено и позолочено; фигуры лучшего итальянского типа заключены в украшениях, рисунок которых заимствован из архитектурных украшений этого времени.

Но лучшим мечом по своей работе должно считать меч Цезаря Борджиа; Карл Ириарте (Yriarte) дал прекрасное описание этой парадной шпаги, которая была сделана, чтобы польстить гордости Цезаря Борджиа, и которой одной достаточно для выражения совершенства итальянской работы конца XV столетия.

 

Зенит и закат рыцарства

Ножны меча Чезаре Борджиа. Фрагмент.

Тисненая кожа. 1498 г.

 

 

Оправа этого замечательного оружия состоит из позолоченной меди с серебряными жилками, образующими маленькие ветви с цветами. Фон, на котором выступает украшение, покрыт финифтью, попеременно меняющей свой цвет с лазоревого на светло-зеленый. Центр головки рукояти украшен розеткой, также двух цветов, с пятью точками красной финифти, расположенными вкруг. Длина оружия от головки рукояти до острия клинка составляет 1,2 метра; верхняя часть клинка покрыта с обеих сторон на расстоянии 27 см нежной гравировкой и позолотой.

В XVIII веке шпага Цезаря Борджиа принадлежала аббату Галиани, наследники которого уступили ее князьям Сермонета, хранящим ее в своем итальянском замке. Ножны находятся в Лондоне в Кенсингтонском музее; кожа, из которой они сделаны, вытиснена фигурами и медальонами и украшена монограммой Цезаря Борджиа, повторяющейся три раза; но ножны остались не оконченными, и очень вероятно, что сын Александра VI и Ваноцци Катанен умер, ни разу не надев этой драгоценности. В то время, как он мечтал восстановить для своей выгоды единство Италии, счастье изменило ему; он должен был бежать и был убит в ничтожном бою перед плохо укрепленным местечком Наварра (1507), а в это время в Венеции или Сиене, быть может, трудились над ножнами для его шпаги.

Карл Ириарте относит это великолепное произведение к работе Геркулеса де Филеди.

Влияние итальянского искусства не замедлило отразиться и на Германии; венецианские, флорентийские и миланские образцы вдохновляли оружейников Нюрнберга, а знаменитые кинжалы Сиены служили лучшими образцами.

Парадная шпага коллекции музея Клюни принадлежит, без сомнения, работе немецкого мастера, но, в общем, имеет итальянский характер.

Плоская, с извилистым контуром, головка рукояти покрыта ветвями и листьями и сделана из позолоченной бронзы. Лентообразные дужки, несколько изогнутые в противоположных направлениях, завертываются на концах и начинаются от щитка, спускающегося тонким острием на наконечник клинка. Вся крестовина из стали украшена изящной чеканкой и покрыта листовым золотом.

На украшенном гравировкой и позолотой основании клинка находится изображение Юдифи, гербы и начальные буквы дворянской фамилии Нюрнберга, баронов Крессенштейнов, одному из которых, бывшему губернатором Нюрнберга в продолжении первых годов XVI столетия, она принадлежала. Две подобные же шпаги, с бронзовой головкой и стальной крестовиной, находятся одна в Императорском Эрмитаже, а другая – в коллекции Амбраса (Ambras).

В конце XV и начале XVI столетий повсеместной славой пользовались толедские клинки, с которыми могли лишь поспорить изделия оружейников Пассау и Золингена. Оружейники Пассау гордятся тем, что один из них, Георг Сарингенклее, получил в начале XIV столетия от императора Карла IV герб для всей корпорации, изображающий два скрещивающихся меча.

Доспехи не менее замечательны, и те из них, которые вышли из Милана и принадлежат работе Миссаджиа Негроли, удержали за собой свою известность.

Образцом украшения головных доспехов может служить армэ Парижского артиллерийского музея – миланское произведение эпохи Возрождения. Тулья его с низким витым гребнем, забрало с откидным набородником – одним словом, все части покрыты узорным рисунком тончайшей гравировки. Вообще, в это время было в моде переносить на доспехи рисунок тканей; так, посредством гравировки им давали рисунки венецианских, генуэзских тканей, состоящие из шевронов, шашек, косоугольников.

Лучшие доспехи выбивались или чеканились рельефами, покрывались смешанными головками, фигурами, которые выступали круглыми выпуклостями на матовом или золоченом фоне; эта работа производилась на огне или посредством насечки; подобные доспехи стоили целых состояний, так как государи щедрой рукой оплачивали труд своих оружейников. Дон Филипп Австрийский относится к своему оружейному мастеру с таким уважением, как и к Тициану, а последний, равно как и Полидор, Донателло, Леонардо да Винчи, не гнушался составлять рисунки касок и щитов, по которым затем исполняли эти доспехи, составлять

и украшать рукояти шпаг и мечей. Фабриканты шпаг и доспехов получали даже дворянство; так например, Серафино Бресчиа был сделан рыцарем и пожалован золотой цепью от Франциска I, которому он преподнес шпагу.

Роскошные доспехи этой эпохи часто сделаны из выбитой и чеканенной стали с полувыпуклыми фигурами на золоченом фоне. Доспех обвешивался бархатом и тогда часто был парадным вооружением, что можно заключить как по богатству украшений, так и по тому, что наплечники симметричны и крючок для копья (фокр) отсутствует.

Образцом парадных доспехов эпохи Возрождения может служить роскошный доспех миланской работы alia sanguigna, находящийся в Императорском Эрмитаже. Он сплошь покрыт гравюрою по золотому фону.

 

Зенит и закат рыцарства

Меч Мухаммада XII Боабдила, 
последнего эмира Гранады из династии Насридов.

Вторая половина XV в.

Толедский музей оружия, Испания

 

Испанский доспех, известный под названием доспеха герцога Альбы, а на самом деле принадлежавший какому-нибудь гранду, также удивительной, хотя и более грубой работы. По вороненой стали его раскинута сеть арабесок с различными эмблемами, но не геральдического характера. На нагруднике крест и надпись "Dio et Regi Philippo subdita ert corona nostra".

В Германии эпоха Возрождения также дала ряд удивительных произведений. Немцы первые решились делать выпуклости или рубцы на сплошном до-спехе. Первоначально это были тонкие жилки, проходившие между желобками, вдоль различных частей доспеха. Такой вид составляет характерную черту всех максимилиановских доспехов; эта манера украшения доспеха вскоре перенята была из Нюрнберга и Аугсбурга миланскими и другими оружейниками.

Максимилиановское вооружение очень изящно, а благодаря покрывающим его жилкам и желобкам крайне прочно. Все эти желобки размещаются в таком направлении, чтобы удары копья скользили вне соединений правильно, которое всегда строго соблюдается. Позднее эти желобки стали покрывать гравировкой; мастера Нюрнберга и Милана оставили немало прекрасных доспехов с такими украшениями. Но если итальянцы все более и более совершенствовались в чеканной работе, то германцы довели гравировку a l'eau forte до такой степени совершенства, выше которой она никогда не поднималась.

Образцом такой работы может служить доспех рыцаря Вольфганга фон Нейбурга, к которому имеется полная конская броня. Доспех этот из черненого железа, украшенного рельефно гравированными полосами и каймами, которые резко выделяются своим белым цветом на черном фоне. Орнаментовка исполнена превосходно и состоит из разнообразных фигур и арабесок: трофеи, музыкальные инструменты, птицы, животные и т. п. Рондаш покрыт изображением охотничьих сцен.

Конское вооружение состоит из наглавника, нашейника, грудных, боковых и задних прикрытий. Части эти имеют ту же орнаментовку, что и сам доспех.

По доспеху мы можем судить, какой вид имеет конный боец на копьях (joutes) времен Максимилиана. На рисунке изображен сам император в доспехах превосходного немецкого стиля первых годов XVI века. Наголовье-салад с предличным закрытием защищает лицо и голову; шея и левая сторона груди покрыты сверх доспеха деревянным чехлом (боевой плащ), украшенным рисунками и позолотой; правая сторона прикрыта щитом копья. На наспиннике красуется императорский двуглавый орел с бургундскими эмблемами и двумя переплетающимися М (начальные буквы имени императора и его супруги Марии Бургундской). На шее орден Золотого руна. Копье упирается на большой крюк, сильно выступающий вперед.

Лошадь покрыта попоной из шелковой парчи бледно-желтого цвета с черными вышивками, изображающими орлов и сплетающиеся М, которые повторяются и на поводьях.

Всаднику не полагалось носить поножей; ноги просто одевались кожаными сапогами, так как большие налядвенники, облекая ногу от колен до бедер, вполне достаточны, чтобы предохранить ногу от удара об решетку. Руки совсем не были вооружены.

Ганаши лошади защищены доспехом, нащечниками (grelottieres); удила с длинными поводьями принадлежат типу, известному под названием "а la connetable".

Салады, употреблявшиеся в бою на копьях, имели дыхало (mezail), снабженное двумя стальными пластинками, поддерживающимися маленькими вилками, стержень которых утверждается на правой стороне налобника. Когда тупой конец копья (rochet) прикасается к этим вилкам, то одна из пластинок падает, и покрывало, которое с ней связано, отстегивается и также падает.

У других доспехов для копьевого боя (joules) нагрудник имеет очень сложное устройство. Когда удар копья поражал всадника в самую грудь, части брони падали.

Деревянный чехол или боевой плащ, входящий в состав этого вооружения, есть видоизмененный тарч, который в предыдущие эпохи употреблялся в тех же случаях и носился на плече или вешался на шею.

Когда щиток копья не расширялся в форме маленького щита, достаточного для защиты правой стороны, то правая рука вооружалась добавочным доспехом, который защищал переднюю часть руки и составлял собственно наруч (garde-bras); в турнирах этим доспехом вооружались обе руки, а салады были заменены шлемами или армэ с решетчатым забралом для предохранения лица от ударов меча и деревянных палиц, употреблявшихся на турнирах.

 

Зенит и закат рыцарства

Слева направо:
"Готический" доспех работы миланского мастера Томмазо Негрони да Элла Миссалья, "французского типа", шлем типа "баскинет". Середина XV века.

Комплект "готических" доспехов для рыцаря и коня, шлем типа "армэ". Италия, конец XV века.
"Максимилиановский" доспех, шлем типа "армэ". Работа мастера Коломана Хельмшмида из Аугсбурга. 1520 год.
Итальянский доспех типа "рачья грудь", шлем типа "бургиньот", 2-я половина XVI века.

 


(с) П. фон Винклер, 1894 (текст); А.Зорич, 2012 (уточнения, комментарии, подбор иллюстраций)


Ключевые слова: Крючки
Опубликовал Георгий Драконоборец , 29.11.2016 в 02:35

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Искандер
Искандер 2 декабря 16, в 20:11 Большое спасибо за интересную информацию. Текст скрыт развернуть
0
Показать новые комментарии
Показаны все комментарии: 1

Поиск по блогу

Последние комментарии

Илющенко Константин
Рушан Мухамеджанов
мы ж все скифы,все -азиаты!))))))))))))
Рушан Мухамеджанов Чуваши(генетика,искусство,язык)
Рушан Мухамеджанов
Рушан Мухамеджанов
в иудаизме тоже самое...
Рушан Мухамеджанов Ваджраяна (тантрический буддизм)
Рушан Мухамеджанов
Рушан Мухамеджанов
это Кришна кажется был...
Рушан Мухамеджанов Ваджраяна (тантрический буддизм)
Виктор Михайлов
евгений цаплин
надеюсь у него получится.
евгений цаплин Возродиться ли Российская Империя ... под водой?
Игорь Хентов
Fuad Nuriyev
легенда ! да и только )))
Fuad Nuriyev Индийские походы Диониса и Геракла в античной литературной традиции. часть II.